православные знакомства Светелка

Схимонахиня Антония (Кавешникова) – воспоминания …

Схимонахиня Антония (Кавешникова)Из воспоминаний иеромонаха Евлогия

С матушкой я встретился в 1995 году. Мне посоветовали поехать в Толгский монастырь и побеседовать с матушкой Антонией. На Толгу я прибыл в августе, как раз праздновался день Толгской иконы Божией Матери. И вот после праздника на второй день пошёл к матушке Антонии. Она встретила так ласково. Мы с ней как-то сразу поняли друг друга, по родному с ней разговаривали, нашли общий язык. Я был тогда иеромонахом и матушка меня всё обличала:

- Батюшка, ты мало молишься!

Приехавшая вместе со мной монахиня стала возражать, а матушка говорит ей:

- Молчи, ты ничего не знаешь! – и повторила, обращаясь ко мне:

- Ты мало молишься, тебе нужно молиться за весь мир!

Я ей тогда ответил, как бы с усмешкой:

- Как же, матушка, за весь мир, как бы за свои грехи молиться бы?

Говорила матушка, что надо постоянно читать Иисусову молитву. Служил я тогда каждый день и матушка это очень одобряла, говорила, что надо как можно чаще служить литургию. Схимонахиня Антония (Кавешникова)

Потом говорю ей:

- Матушка, скорблю о том, что в Москве служу, суетно очень, мне бы хотелось уединённой жизни.

А она мне отвечает:

- А ты будешь жить в лесу!

- В каком ещё лесу?

- Да, будешь жить в лесу один, на острове!

- Как же, матушка, один, а как я служить там буду?

- А потом братия к тебе соберутся, потом будешь не один.

Вот так она меня тогда обнадёжила. И всё это сейчас, через столько лет исполнилось. Сейчас вокруг нас лес. Поначалу я приехал один на остров Анзер, а теперь уже и братия собралась, каждый день служим, литургию совершаем. Приехал я сюда в 1999 году, а сейчас нас много уже собралось.

Мне запомнился её облик: с одной стороны она была такая строгая, брови нахмурила: «Тебе нужно за весь мир молиться, мало молишься», а с другой стороны была она какая-то светящаяся, благодатная, нисколько не воспринимаешь её как строгую, а запросто так с ней беседуешь…

Из воспоминаний Марии П.

С матушкой Антонией я познакомилась восемь лет назад, тогда адрес мне дала приятельница по работе. И пришла я к ней с большим горем: у меня похитили дочь. На тот момент её не было, наверное, двадцать четыре дня. Меры были приняты, конечно, всякие, но безуспешно.

А матушка, выслушав меня, сказала мне, что дочь моя жива, что мне надо подать три записки в три церкви за здравие, в честь Святой Троицы , в одном из них самой молиться о дочке, поставить по три свечи в каждой церкви. Это значит: Спасителю, Божией Матери и Николаю Угоднику по три свечи, что я, естественно, на следующий день и сделала. Но в этот день она меня сразу обнадёжила, – сказала, что дочь жива, что я её увижу через два дня.

Матушка сказала:

- Не переживай, я буду молиться, – и дала мне молитвы.

Когда я возвращалась домой из церкви, там от метро можно было ехать автобусом, но я пошла пешком, и думала: сейчас приду – и её сапоги у двери. Хотя дочери дома не оказалось, но чувство такое было, потому что она в этот момент ехала в поезде, как потом выяснилось. На следующий день дочка моя была уже дома, жива и здорова. Естественно, конечно, нервную систему мы лечили и целый месяц этим занимались но, слава Богу, закончилось всё благополучно.

Когда матушка меня выслушала, она мне сразу сказала, что дочку мою похитили практически от дома. Она ехала из Серпухова на автобусе, должна была выйти на кольце и ещё доехать на тридцать седьмом маршруте, так как мы живём в Ясенево. До дома она не доехала две остановки. Взяли ее. Это было четвёртого января, где-то половина седьмого вечера, и шёл сильный снег.

Даже тем, кто мимо едут, не особо видно; может быть, кто-то вступился бы, но на кольце кто, конечно, вступится. её на машине увезли в Батуми. Ей было на тот момент восемнадцать лет. Ехали, как она рассказывала, три дня. Дочка не выносила машины, и очень часто теряла сознание. В Батуми дочь прятали на квартире в течение двух недель. её готовили для продажи в Турцию.

Матушка сказала, что машина была тёмно-бордовая, что похитили дочку почти от дома, она не доехала две остановки. С точностью описала, где она находилась. в каком доме, практически был такой момент, когда она хотела выброситься из окошка. Она и про это сказала, что она хотела покончить жизнь самоубийством, но у неё ничего не получалось, пока она была там, пока её оттуда не спасли. Всё это матушка описала точно: как дочка там находилась, где ей помогали, как её проводили. Через двадцать шесть дней отсутствия по молитвам матушки Антонии дочь была дома.

Пожалел её молодой парень, который, в сущности, не занимался этими делами. Он просто попал случайно в эту квартиру и увидел её. А на следующий день он её выкрал оттуда и увёз к своей сестре в военный городок. И там она была, наверное, дней десять. Потом военный, муж сестры этого парня вывез её на машине и проводил до поезда. Вот так она приехала.

С тех пор мы с дочерью часто ходили к матушке, и она лечила нас своими молитвами. Потом благословила дочку на брак. Общались часто. Я и со второй дочерью к матушке приезжала, перед тем, как ей выйти замуж, – и в этом матушка помогла. К нам она относилась очень дружелюбно, всегда нас радостно так встречала. Дочку мою она звала не то королева, не то принцесса: «Ой, королева моя пришла».

Она её очень любила. Мы даже были у неё с дочерью перед самым декретом, когда она уже была Машей беременна. После этого, мы приходили, конечно, не только когда у нас что-то случалось, и просто навещали. Но, когда приходили с бедами, она сама видела, что может случиться, и советовала, как поступить.

Вот она предостерегала нас, чтобы мы помогли сестре, которая вышла замуж в Пермь, муж её туда увёз. А матушка сказала, что там, в Перми, смерть и надо опередить это. Сестра тогда только родила дочку, девочке было месяца четыре.

Матушка сказала, что её надо срочно покрестить, взять молитву и принять пять причастий, через каждую неделю. Дала она нам свой крестик, чтобы передать сестре, водичку святую, дала и ладанку. Конечно, ладанку с крестиком она носила, водичку выпила, девочку покрестила, молитву взяла, но причастилась только один раз, после чего уехала. Там, естественно, ничего этого не сделала. В общем, не выполнили благословение матушки и сестра у нас умерла.

В 1997 году зимой мы навестили матушку Антонию в монастыре в Малоярославце. Поехали мы туда по той причине, что у другой сестры – Л., не было детей. Она упорно этим занималась: лечилась и проверялась пять лет. Вот, в конце января мы поехали к матушке. Говорили, что причина вся в муже – врачи поставили такой диагноз, что это от него она не может родить.

Мы-то грешным делом советовали ей зачать другими какими-нибудь способами, а так как она у нас очень верующая и венчанная, то сказала: «Если ребёнок у меня будет, то только от мужа». Как только приехали к матушке, сестра стала жаловаться, что не может иметь ребёнка из-за мужа. Матушка ответила:

- Ты на мужа не клевещи. Не в нём причина, что у вас столько лет нет детей. Виновата ты! – и сказала ей причину, что она сделала аборт до свадьбы.

Сестра, конечно, расплакалась, потому что это была её последняя надежда. Но матушка её успокоила:

- Можно умолить Бога, и я тебя благословляю. Окунись в нашем источнике, когда будет потеплее. У тебя будет ребёнок. Но, ты должна это всё вымолить.

Она говорила сколько раз ей в церковь сходить. Всё, что матушка велела, она выполнила. Было холодно, двадцать восемь градусов мороза, но всё равно она окунулась. Когда мы подошли к источнику, он был затянут льдом. Л. пробила лёд пяткой. Когда приехали в Москву, она высушилась феном и тут же уехала к мужу.

Она даже не осталась у нас ночевать. И, когда она приехала в Купавну, муж, естественно, её ждал. Она сама медик, она высчитала всё до дня. То есть она с этого дня зачала и родила дочь Настеньку, названную в честь матушки. Это был наш последний визит. После этого мы больше не виделись. Собирались много раз, но нам говорили, что к ней уже не допускали.

Ездила я к матушке с приятельницей Л., у которой очень сложная ситуация: три раза выходила замуж, – и все три мужа умирали. Было это восемь лет назад. Л. сказала:

- Я даже знакомиться боюсь.

Матушка ответила ей:

- Не переживай, то есть, это не твоя вина.

Она дала ей надежду и добавила:

- Вот, если познакомишься, если у тебя будут серьёзные причины, но я не вижу в ближайшем будущем, чтобы ты за кого-то вышла замуж. А в общем, не бойся.

По каким бы вопросам мы ни обращались к матушке Антонии, с каким бы горем ни появлялись, уезжали с лёгкой душой, с надеждой. И, как она нам помогала, всё это ощущалось. То есть, не было так, что она нам сказала, и это не сбылось. Много, например, она говорила моей маме о её жизни, что та сама забыла, а потом вспоминала.

Матушка к ней хорошо относилась, мама в нужде жила, пятнадцать детей у неё было. Сейчас четырнадцать осталось. И последняя родилась уже после смерти папы, мама была беременна четыре месяца. Только я была замужем тогда, так что все пятнадцать были на её плечах. И так, вот, потихоньку – потихоньку, матушка сказала моей маме:

- Тебе помогает родственник по твоей линии. У вас в роду есть священнослужитель.

Она даже не знала. Потом, когда спросила у старшего брата своего, он говорит:

- Да, дядя наш родной брат отца был священнослужителем и его расстреляли во время гонений на веру.

Матушка подтвердила:

- Он за вас молится, вам помогает, и всех детей поднимала с его помощью.

Приходила к ней с работы моя коллега, она никак не могла выйти замуж. Матушка ей давала молитвы, что она должна была в церкви сделать.

Однажды она сказала:

- Я знаю, как на том свете и за что спрашивает с нас Господь.

Она говорила, что нельзя молитвы читать лёжа, обязательно стоя или на коленях, примеры приводила, почему нельзя сидя читать молитвы. Надо тебе что-то достать, а ты сидишь, и тебе не хватает совсем немного. Ты бы приподнялся и достал, но ты не достанешь, не сможешь приподняться, поэтому тебе и говорят:

- Сидя читала молитвы, – за это тебе испытание.

Говорила, как она видела рай, какой он красивый, как там хорошо. Первые два года после знакомства бывала у матушки часто. Не было такого месяца, чтобы я хотя бы два раза к ней не приехала. Здоровье она восстанавливала много раз. Приеду больная, она почитает, перекрестит, подержит рукой – и всё, я уезжаю совсем другим человеком. Вот, этим и помогала.

С любовью она отнеслась к мужу сестры Анны, он к ней потом не раз приезжал, замки ремонтировал. Миша-то постоянно их выбивал, так он дверь ремонтировал, делал ремонт, в комнате, где у неё иконостас. Там надо было что-то подделать. Она говорила Ане, что муж её очень хороший человек, чтобы она его берегла, ценила. Не ко всем она так относилась. Я же подолгу у неё сидела, приеду, скажем, в десять часов утра, а могла уехать в четыре, весь день могла у неё находиться, помогала по дому. Были такие моменты, что она людей отправляла. Она говорила:

- Сначала одумайся, как следует подумай, веру приобрети, потом приходи, а сейчас уходи.

Когда матушка говорила, а я иногда находилась у неё по пять-шесть часов, это можно было слушать сутками. Я столько радости и пользы получала! И как только становилось хуже, плохое самочувствие, скорби, я сразу ехала к ней. Даже когда матушка болела, лежала с высокой температурой, могла кого-то не узнавать, но меня узнавала всегда и радовалась приезду.

Из последних наставлений матушки запомнилось, как говорила она о том, что нужно обязательно найти духовного отца:

- Найди себе духовного отца, который поймёт тебя. Это сразу заметно. Ты сразу почувствуешь, как он тебя слушает, как он вопросы задаёт, как он исповедь принимает… Нужно рассказывать ему всё, буквально всё, до подробностей. То есть, каяться в грехах подробно.

Когда говорила ей о церковных нестроениях, матушка отвечала:

- Не обращай внимания, наберись терпения…

Из воспоминаний Юлии В.

Двадцать два года назад была Пасха. А раньше на Пасху три службы было: ночь служили, в семь часов служили раннюю литургию и в десять часов служили позднюю литургию. Вечером началась служба, потом пасхальная заутреня, литургия, так и не уходили из храма. Пасхальная служба прошла, и матушка зашла ко мне отдохнуть. Немного поспав, она встала и говорит:

- Слушай, а у тебя дома мальчик бегает светленький. Смотри, как бегает, как бегает!

Я говорю:

- Мать, ну, и что?

- А то, что сын у тебя будет через два года!

- Но матушка – говорю я, – как же это возможно? Врачи говорят, что у меня не будет детей.

- У Господа, все возможно! – ответила матушка.

А мне уже под сорок лет было.

Ровно через два года родилось это чудо – сын! – беленький, хотя в моей семье все темноволосые. Матушка стала его крёстной матерью. Когда я была беременна, врач сказал:

- Вы не выживете.

Но матушка сказала совсем другое:

- Выживем, Господь поможет.

Но, такое гонение было на меня тогда! Во время беременности я попала в руки врача, которая настаивала, чтобы я сделала аборт, и говорила, что иначе я могу умереть. Матушка сразу сказала:

- Не ходи к врачу, не ходи! А я себя так плохо чувствовала, не послушала совета и чуть на тот свет не отправилась.

После посешения врача я, будучи беременной, пролежала полгода почти парализованная.

Матушка сказала:

- Всё, будешь жить причастием, молитвой и постом!

Она меня в буквальном смысле выхаживала. Причащение, потом соки, травы и, конечно, матушкины молитвы. Ни капли соли, сахара, мяса, рыбы – ничего. И, слава Богу, мы вымолили младенца. Сколько же она за меня молилась и положила поклонов, сколько храмов и монастырей объездила, сколько молебнов заказала! Я пила только святую воду и соки. Батюшка приходил меня причащать. Несколько раз эта врач появлялась у меня дома и кричала:

- Аборт, аборт!

Я сестре говорю:

- Выгони её, вон!

Матушка говорила:

- Читать псалмы, когда она приходит!

Я вычитывала молитвы священномученику Киприану, которые мне указала матушка, а также Евангелие и Псалтирь.

Когда уже лежала в роддоме, тоже были сложности со здоровьем. Однажды увидела я в окно, что матушка стоит внизу и делает знаки: мол, смотри на меня, потом берёт красный камень и пишет на асфальте: «сорок раз читай “Богородицу”, – Господь спасёт, – читай!» И Господь спас меня и сына молитвами моей духовной матери.

Вспоминается такой случай. У нашей певчей М.В. внучка жила на Украине. Какая же была красавица – глаз-то неё не оторвать! Но ничего у неё в жизни не складывалось: с кем ни встречается, ничего не получается. Она приехала в Москву и некоторое время пела у нас на клиросе, матушка взяла её в хор. М.В. стала просить матушку:

- Помолись о моей внучке, что-то у неё не так! Я умоляю тебя, помоги ей!

Матушка молилась два или три дня и сказала:

- Ты знаешь что, – на ней лежит проклятье матери! Приедет она, вот я ей скажу!

Приехала мать девушки, а матушка ей и говорит:

- Что же ты у дочери счастье забрала? Как тебе не стыдно! Ведь ты каждый раз её проклинаешь, когда она что-то сделает: вот ты такая, сякая!.. Ты у неё отняла все здоровье, ты же у неё отняла всё счастье. Что ты сделала? И она будет несчастна только по твоей вине. Иди покайся, плачь и рыдай, что ты сделала, и больше таких вещей не делай!

Женщина разрыдалась:

- Ой, мать, я же не знала, что я такая грешная, – покаялась, причастилась. Вскоре девушка вышла замуж, поступила в институт, двоих деток родила. И её жизнь полностью наладилась. Скольких матушка спасала!

Пела я на клиросе с матушкой. И вот был такой момент летом: все уехали из дома, телефон не работает, будильник сломался. Я один раз опоздала на службу, второй раз. Матушка спрашивает:

- Это что такое? Почему опаздываешь?

Я отвечаю:

- Матушка, меня некому разбудить, – а она:

- А почему ты со своим Ангелом не дружишь?

- А как это, я не знаю, как с Ангелом дружить.

- Очень просто: читаешь вечерние молитвы, последней читай молитву Ангелу-хранителю, перед сном просишь его разбудить тебя. Говори ему, как своему другу, и больше уже ни с кем не беседуй, не говори.

Я послушалась, ну, действительно, что мне делать, надо же вставать, а кто разбудит? Сплю я и утром, будто кто-то тронул за руку. Я села: Господи, кто же это? – никого нет. Пришла на службу вовремя, рассказала матушке, она и говорит:

- А мы всегда дружим с Ангелом.

P.S. Когда автор этих воспоминаний через несколько лет тяжело заболела и лежала практически парализованная, матушка всех духовных детей своих мобилизовала на молитву о болящей. Мало кто верил, что она сможет встать. Врач-специалист, кандидат наук сказал, что из числа людей с такой болезнью выживает какой-то один процент, и то они становятся уже неполноценными людьми.

Матушка на время болезни взяла Ю. к себе и пригласила пособоровать её протоиерея Василия Швеца (тогда он служил в Никольском храме села Каменный Конец Псковской епархии). Юлия лежала на матушкиной постели, и отец Василий соборовал её. После соборования батюшка сказал:

- Она будет жить!

И, действительно, ей стало легче, а затем матушка буквально выходила её своей молитвой и заботливым уходом.

Из воспоминаний Любови С.

У меня случилось несчастье. Племянника моего сильно избили, он мой крестник. Во время операции у него удалили селезенку, положили заплатку на печень, подштопали поджелудочную железу. Кроме того, было у него очень сильное сотрясение мозга, и мы не думали, что он выживет. Знакомая дала мне совет молебны за него заказывать, сорокоусты. Потом она сказала мне, что есть такая матушка Антония, к которой она может проводить.

Я поехала, конечно, из-за племянника, чтобы выяснить: выживет он, или не выживет. После службы подошли к матушке, попросили благословения, и направились в её келию. Пока она покушала, мы подождали. Мне было тяжело, потому что много грехов на мне висело. Мне самой никогда их не замолить, если бы не встретила такую старицу, как матушка Антония.

В келии я сказала:

- Матушка, помолитесь за меня, грешную.

Она на меня смотрела, смотрела и спросила:

- С чем пришла?

- Матушка, дети мои не ходят в церковь, ещё горе с моим племянником.

Матушка глаза закрыла, чётки перебирает и говорит:

- Убиенный, убиенный, убиенный.

Потом открыла глаза и говорит:

- Будет жить.

Я так обрадовалась, а матушка мне говорит:

- Собака, – и как схватила меня за волосы, как начала она меня трепать.

Матушка опять посмотрела и говорит:

- Собаки не убивают своих детей, а ты их убила. Сколько убила?

- Матушка, по моему подсчёту вот столько-то, а точно не знаю.

Она глаза закрыла, потом открыла и назвала на два младенца больше. Я говорю:

- Матушка, а вот за свою дочку я могу молиться, за загубленных?

- Можешь! И дочерей таких родила, как сама, – и начала меня царапать. Я не убирала лицо и думала: «Пусть она мне всё его издерёт». Вышла я от неё вся поцарапанная, но совсем нисколько не переживала и даже думала: «Пускай она возьмет дубину и выбьет все мои грехи». В тот момент я даже радовалась.

Вид у матушки был строгий, суровый, но чувствовалась в ней материнская забота. Как будто мать наказывает своего провинившегося ребёнка. Вот такое у меня было чувство. Я вышла от неё с чувством благодарности.

Когда мы уже уходили, принесли гостинцы, и я попросила:

- Матушка, примите от меня, грешницы, гостинчик, пирожки с яблочками.

- Приму.

А потом я спросила:

- Матушка, а когда мне к Вам приехать?

- Придешь через год…

Матушка провидела, что раньше я и не появлюсь. Мне очень хотелось съездить к ней, но знакомые сказали, что в келию матушки не пускают, а я и не пыталась пробиться. И действительно, только через год приехала я в Малоярославец, но уже на её могилку. Это было перед прощенным воскресеньем 1999 года.

Из воспоминаний Ирины Р.

Матушку знаю с 1973 года. Когда я сдавала выпускные экзамены в школе, впервые с подругой зашла в церковь поставить свечу. Был день Святой Троицы, кругом берёзки, трава, мне в храме понравилось, и я сразу приметила матушку Аполлинарию – она там регентовала. Стала я бывать в этой церкви, а однажды встретила матушку в трамвае и подошла к ней:

- Здравствуйте, я видела вас в Калитниковской церкви. Очень хотела бы с вами познакомиться.

Матушка пригласила меня домой и приняла очень доброжелательно. Матушка сразу начала учить меня церковнославянскому языку. А я очень хотела научиться петь. Поставила матушка меня на клирос во время службы и говорит:

- Пой «Господи помилуй!»

Начала я подпевать, а матушка мне:

- Замолчи! Так, с пением у тебя ничего не получается. Ладно, давай для певчих ноты и слова будешь писать.

Надо сказать, что я была секретарём комсомольской организации из неверующей семьи. И я писала тетради для певчих. Потом стала меня учить читать шестопсалмие, и я скоро могла читать его за богослужением, а потом и напамять выучила. После этого матушка говорит:

- Посмотри, какой сон тебе будет.

И действительно, снится мне сон: вижу Богородицу. Она дарит мне огромный букет белых лилий.

А мне всё хотелось петь. Матушка говорит:

- Езжай в Лавру. Приложись к мощам Сергия Радонежского, он большой в учёбе помощник. И только смотри, чтобы у тебя только одна просьба была к нему.

Хотите верьте, хотите нет, приехала – и сразу запела, в один день.

Матушка была провидицей. Я училась в МЭИ на третьем курсе. Меня ругали за то, что я ходила в церковь, дядя даже колотил. Когда мне звонила матушка Антония, родители мои возмущались. Пошла я экзамен сдавать, а матушка говорит:

- Чего трясёшься, всё равно двойку получишь.

- Почему двойку, я же знаю предмет.

Но так и вышло. Прихожу на экзамен – меня засыпали и поставили двойку. Матушка говорит:

- И зачем ты вообще там учишься, твоё место в торговле. Ну и чего, я тоже молоко продавала.

Закончив институт, я некоторое время работала в НИИ, но после рождения дочери перешла в торговлю. Сначала хотела я в монастырь уйти, а матушка и говорит:

- Не каждый может, но кому дано! Подожди!

Я сколько раз ночевала у неё, она мне говорила:

- Ты у меня самая маленькая, любимая дочь.

Прошло время, собралась я замуж. Матушка одобрила мой выбор. Мы венчались. Жили несколько лет, а детей нет. Скольких врачей объездила, а они говорят, что детей у меня не будет. Тогда обратилась я к матушке:

- Я хочу ребёнка, – а она мне:

- Ну, зачем тебе дети, вы все равно жить не будете.

- Матушка всё равно хочу ребенка.

- Ведь аборты делать будешь.

- Нет, матушка, сколько будет – всех рожу.

Три или четыре часа я у неё в ногах ползала. Матушка дала мне корешок, велела настоять его на поллитре водки и принимать по столовой ложке перед едой. Месяц попила, на второй забеременела. Матушка вымолила мне дитя. Родилась девочка, назвали Настей, в честь матушки. Она сказала:

- Силой дочку в храм не води, она у тебя сама придёт в церковь.

Так и происходит по жизни, что матушка сказала: дочь сама в церковь пошла после школы, когда ей исполнилось семнадцать лет. А мужа я похоронила пятнадцать лет назад, так что мы с ним не живём, как и говорила матушка.

Потом у меня стали выскакивать ячмени. Замучили меня совсем. Я к матушке. Она поставила меня под икону, прочитала «Отче наш» и всё, больше никаких ячменей.

Характер у матушки был строгий, но могла и приласкать, пожалеть. Моя мама меня к ней ревновала. Матушка мне была как родная, с 1973 по 1979 годы я заходила к ней каждый день на пути в институт и обратно.

Она любила говорить иносказательно, понимай как хочешь. Я спрашиваю:

- Матушка, а как мне теперь жить?

- Дочь, каждому овощу свое время, никогда не переживай и с тобой ничего не случится. Тебя нет в церкви, но каждая буковка за тебя поёт (тетради со словами и нотами).

Она мне раньше часто снилась, что мы вместе поем в церкви. А как ушла из жизни, так больше и не снилась.

Из воспоминаний Валентины Д.

Первая встреча была такая. Я зашла в келию, рассказала о себе, после чего полтора часа плакала. Когда я всё рассказала ей, у меня было ощущение, что вся тяжесть ушла. Уехала от неё окрыленная. Мой хороший знакомый собирался ехать в Иерусалим с группой паломников, и что-то у них не получалось. Тогда они попросили молитв у матушки. Матушка сказала, что помолится. И через день они звонят радостные:

- Всё, едем!

- У меня встал вопрос о продаже дачи. Тяжело одной всё поднимать, да и работать не хотелось. Пришла к матушке:

- Благослови дачу продать.

- Нет, не благословляю, не надо тебе дачу продавать!

- А в монастырь можно уйти?

- Не благословляю!

- Матушка, у меня такое желание есть…

- Рано тебе ещё.

Келейница вступилась:

- Матушка, ну помолитесь, пускай в монастырь идет, – а матушка:

- Нет, категорически, нет!

Месяца через три приехала с вопросом о племяннице и о квартире. Матушка ответила:

- Квартиру купит к концу года, а с парнем расстанется!

Так и произошло.

У моего знакомого был вопрос о работе: то ли уходить, то ли не уходить, и он очень волновался.

- Матушка, что ему делать? – спросила я.

- Пусть уходит. Работа у него будет!

Ушёл он с прежнего места и буквально через две недели появилась у него другая работа.

Приехала в прошлом году к матушке, сидим, беседуем, а матушка мне и говорит:

- Сделаешь сорок поклонов Почаевской Божией Матери!

- У меня нет Почаевской иконы!

- Сделаешь! – подтвердила матушка.

Через месяц мне предложили ехать в Почаев и матушкино благословение свершилось!

У моей сестры был суд, который длился несколько лет. Я спросила, как закончится дело. Матушка ответила:

- Суд будет, но его не посадят!

Действительно, по решению суда дали ему срок условно.

Одна женщина просила у меня денег в долг. Приехала к матушке, рассказываю, а она:

- Не давай в долг! Ты сама на пенсию живешь, тебе самой эти деньги понадобятся.

Я не послушалась, дала в долг, – и этих денег нет.

Мой духовник очень больной, два инфаркта перенес. Я спросила:

- Матушка, будет он ещё служить?

- Будет! Не каждый день, но будет!

Через некоторое время ему действительно предложили служить по праздникам. В сентябре 1998 года я приехала к матушке с большой скорбью – меня отстранил от себя духовник.

- Матушка, как мне тяжело, – сказала я.

- Знаю, – ответила матушка, и в десять часов утра взяла мою руку в свою и только в четыре часа дня отпустила её. Когда я от неё вышла, почувствовала, что всю боль и все страдания она у меня забрала.

В августе матушка дала мне послушание, которое я не выполнила. После этого у меня очень сильно заболели руки. Врачи думали, что это волчанка, но я знала, почему они у меня заболели. Сдала анализы, но они ничего не показали. Я была уверена, что причина болезни – духовная. Приехала на похороны матушки, а мне говорят:

- Приложи руки ко гробу.

Я сделала это, и боль в руках прекратилась. С такими руками я целую неделю перебирала вещи вместе с келейницей – боли не было. Келейница подарила мне матушкино платье. Когда мне было плохо, я надела платье и сразу настала прохлада, какая-то освобождающая прохлада, – вся боль ушла.

У меня дети пьют. И сколько раз я ни приезжала, матушка говорила:

- Не будут пить, не будут пить!

Но пока ещё пьют. Видно, это ещё в будущем. Когда они пьют, я ухожу из дома к друзьям и у меня ни зла на них нет, ничего. Огонек внутри горит, огонек надежды. Матушка очень молилась, особенно в последний раз и повторяла:

- Читай «Да воскреснет Бог!»

Придёшь к ней, голову положишь, и так хорошо на сердце…

Из воспоминаний Валентины П.

Познакомилась я с матушкой в 1985 году. У неё всегда было много народа. По её молитвам все наши женатые родственники повенчались. Матушка была прозорливой. Свекрови моей сказала, что муж умрёт раньше её и будет похоронен здесь, в Подмосковье, хотя жили они в Калининграде. А ей самой сказала, что ещё поживёт! Восемь лет она прожила после смерти мужа. Свекровь тоже хотела быть похороненной под Москвой. Матушка сказала:

- Ничего, будешь здесь похоронена, поживёшь в Москве, но не долго!

Свекровь приехала в Москву, пожила две недели и умерла и похоронили её рядом с мужем.

Сестра моего мужа, она живет в Тюмени, тоже часто у неё была. Они по её молитвам повенчались! Она приезжала с вопросами, спрашивала про дочь, которая была ещё совсем маленькой. Матушка сказала:

- Ничего, будет всё хорошо! Она будет врачом!

Правда, она ещё не врач, но уже учится в медучилище.

Старшей дочери, которая хотела замуж выходить, сказала:

- Выходи, будет у тебя всё хорошо!

Также она приезжала с вопросом о даче. Матушка сказала:

- Возьми дачу. Строиться ты, конечно, долго будешь, но потом тебе все завидовать будут!

И правда, пока всё ещё строит.

У меня с мужем, были плохие отношения, доходило до развода. Я пришла и говорю ему:

- Мы едем к матушке, как она скажет, так и будет!

Муж согласился поехать, и матушка сохранила нашу семью.

Дверь в её квартирку всегда была открыта. Я и мой муж помогали ей машиной в случае необходимости. Матушка всегда встречала нас с доброй душой. Один раз была у нас дома. У нас в доме так бедно, а у матушки ещё беднее. Матушка говорит:

- Ты, наверное, ко мне приходишь и говоришь: всё как у матушки? А у тебя смотри, как хорошо!

На работе могли меня повысить, она говорит:

- Не надо тебе!

И в самом деле, не нужно было мне повышение, так как я скоро ушла с этой работы.


ДЛЯ КОММЕНТИРОВАНИЯ, ВЫ ДОЛЖНЫ [ВОЙТИ]