православные знакомства Светелка

Изборский праведник болящий Матфей Кондратьев (Изборск, село Малы, Псковская губерния)

горящая спичкаВ 1905 году, 15 июня, в Изборске, в селе Малы, Псковской губернии, тихо скончался после тяжкой болезни крестьянин Матфей Кондратьев. Более 45 лет он не поднимался со своей постели. За эту долгую болезнь народ прозвал его “болящим”. Благочестивые люди так и записывают его имя в семейных синодиках – болящий Матфей, хотя болезнь телесная – удел только нашей земной жизни.

Помимо репутации праведника за свою угодную Господу жизнь, добрые дела и наставления приходившим к нему, “как надо жить no-Божьему”, он пользовался авторитетом среди простого народа в обыденных, житейских делах и был в некотором роде “юрисконсультом”, которому народ более верил, чем чиновникам. По вопросу ли раздела наследства, податей, распределения имущества между отдельными членами семьи,– народ шел к нему, и что Матфеюшка скажет, то так и делалось.

Несмотря на свою безграмотность, Матфей был чрезвычайно сведущим в делах веры и ее догматах, так что к нему очень многие присылали лиц, впавших в раскол, и он с успехом наставлял их в основах Православия и доказывал ложность их учения.

Женское население приписывало Матфеюшкиным молитвам особую силу вымаливать у Бога детей для бездетных, и в доказательство приводились факты с точным указанием времени, места действия и фамилии.

Как бы то ни было, но слава о Матфее болящем была распространена очень далеко. К нему ездили и обращались люди разного звания и самых разнообразных слоев общества из Санкт-Петербурга, Москвы, Киева и даже с Кавказа.  горящая спичка Народная молва упорно называла среди его посетительниц двух важных княгинь, приезжавших якобы к нему тайно.

Но жена Матфея и Мальский священник передавали, что его, действительно, посетила однажды фрейлина великой княгини Александры Иосифовны, привозившая ему от имени ее высочества деньги на построение нового, задуманного им придела в честь преподобного Онуфрия Мальского, и серебряное подвенечное платье великой княгини, пожертвованное на священнические облачения для нового храма.

Фамилии фрейлины никто не помнил; знали только, что зовут ее Анной Александровной, отсюда и создалась легенда, в которой фантазия народа в лице неведомой ей фрейлины видела саму великую княгиню. Этот факт еще более поднял авторитет Болящего среди народа. Во всяком случае, нет сомнения, что известность изборского праведника не ограничивалась одним крестьянством, мещанством и купечеством, но достигала и высших столичных сфер.

Небольшая деревня Малы, место родины Матфея, представляет собой обычный тип деревни Псковской области. Дом Матфея, однако, выделялся из остальных одной странностью: сторона его, выходившая фасадом на улицу, была совершенно лишена окон, на азиатский манер. Эта изба была выстроена так уже после болезни Матфея, со специальной целью: предохранить больного от уличного шума и нескромных взглядов прохожих и многочисленных любопытных, толпой собиравшихся перед его домом.

Комната, где почти всю свою жизнь безвыходно пролежал Матфеюшка, представляла из себя темную каморку, размерами не превышающую несколько квадратных метров, в которой, кроме деревянной кровати, без матраца, прикрытой простыней, и такого же стола с табуреткой, больше ничего не было, да не могло бы и поместиться, даже при желании.

Отсутствие вентиляции и солнечного света, скупо проникавшего в нее лишь через небольшую дверь из соседней, тоже почти полутемной комнаты, низкие потолки делали воздух донельзя спертым. Тут и здоровый человек при такой обстановке не вынес бы и дня, не только десятки лет, как Матфей Кондратьев. Невольно приходится удивляться, до какой степени вся физическая сторона жизни отходила у него на задний план, была почти чужда ему, и лишь душа его бодрствовала в столь бренном теле, при столь ужасной обстановке, и не только не угасали силы ее, но, напротив, продолжали гореть до конца ярким пламенем.

Как утверждала жена Матфея, он болен был не параличом, а суставным ревматизмом, который скрутил его в конец и приковал к постели на долгие годы. Матфей заболел впервые годам к 18-ти, когда был еще холостым. Затем поправился и женился на Анне Федоровне Голубкиной. Происходил он из богатой семьи, его родители имели свою мельницу, стоявшую на ручье. Парень он был работящий, смирный, на здоровье никогда не жаловался… Года 2-3 продолжалась их счастливая семейная жизнь. Вскоре у них родился сын. Мальчик был шустрый, здоровый, но к 5-ти годам Господь забрал его к Себе.

Однажды Матфей поздней осенью в сильную непогоду перекрывал крышу и простудился. К вечеру стало ломить все кости. Истопив баню, он выпарился, надеясь получить облегчение, но ничего не помогло. Болезнь стала прогрессировать, так что Матфей скрючился весь и не мог владеть ни одним членом своего тела. Кроме того, Матфей страдал еще от желчно-каменной болезни. После этого случая Матфей уже не вставал с постели до своей смерти.

Настоящим мертвецом казался праведник на своем ложе, да и немудрено: 45 лет пролежал он без движения на кровати, от физической жизни почти ничего в нем и не осталось. Вся жизнь его была сосредоточена на одной духовной стороне.

Страдал он временами немилосердно, что усугублялось еще невозможностью пошевельнуться самостоятельно, без посторонней помощи, но никогда не показывал своих мучений перед другими. Да, сильной воли был человек, доброты непомерной и обладал весьма любвеобильным сердцем.

Никогда не слышно было от него, чтобы он возроптал на кого-нибудь, пожаловался бы на свое тяжелое положение, раздражился… Всегда ровный, улыбающийся своей кроткой и даже веселой улыбкой, он сам еще ободрял всех приходивших к нему со своими страданиями, утешал их, наставлял, давал советы, кому как поступить в данном случае, как жить, и щедрой рукой помогал бедным и неимущим. Все, что жертвовали ему, шло или на храм, или раздавалось другим, но ни копейки не оставлял он для себя, для своей семьи.

При жизни Матфея приношения стекались к нему со всех сторон: десятки тысяч проходили через его руки; он выстроил на них Божий храм, щедрой рукой помогал бедным и ни копейки не удержал для себя, на нужды своей семьи, хотя имел на это полное право, т. к. большинство денег передавались прямо ему, на его личное усмотрение.

И что же? Никому из членов его семьи и в голову не приходило, что они могут воспользоваться хотя бы копейкой из этих тысяч для улучшения своей личной жизни. Как жили они тяжким трудом своих рук, так продолжали жить и после болезни Матфеюшки.

Матфеюшка был безграмотен, но память у него была исключительная. При нем была в качестве добровольной послушницы некая пожилая женщина – Евдокия Туманова, крестьянка соседней деревни; в течение десятка лет она безвозмездно прислуживала ему и вела всю его обширную переписку и приходно-расходные книги.

Но Матфеюшка сам все держал в своей памяти до мельчайшей подробности: сколько кому выдано и на какое дело, сколько денег от кого получено, и нередко поправлял свою “секретаршу”: та посмотрит в книжку, и точно; что сказал Матфеюшка, так оно и есть, так и записано в свое время.

Роль сиделки при больном была очень тяжелой. Когда ему надо было приподнять голову, чтобы дать напиться или поесть, то вместе с головой приходилось приподнимать и все туловище, т. к. шея была сведена и лишена самостоятельного движения. Ел же Матфеюшка поразительно мало: единственной пищей, которую он мог проглотить, служила ему жидкая кашица, а последние годы он питался исключительно просфорой, размоченной в чашке с водой. В этом состояла вся его пища.

Александр Иванович Дегожский, священник погоста Малы, с женой своей, рассказывали, что монахи из Печерского монастыря уговаривали Матфея переселиться к ним в обитель и принять монашество, но больной не захотел. “Какой я монах! – говорил он им в ответ,– я – живой труп, монашеского подвига исполнить не могу, в церковь ходить – тоже. А лежать и молиться все равно и дома можно…”

Так и пролежал Матфеюшка всю свою жизнь, безропотно неся свой крест, показывая нам величайший пример терпения, смирения, кротости и покорности воле Божией.

Когда наступил вечер 14 июня 1905 года, Анна Федоровна пригласила местного батюшку. Матфеюшка исповедался и причастился. Затем просил, чтобы его омыли, одели во все чистое, просил зажечь свечи, затеплить перед иконами лампады, положить ему на грудь крест и тогда стал вместе со священником читать себе отходную… Так и отошел он в вечность, тихо, без стона… вздохнул, закрыл глаза и… скончался.

Похоронен болящий Матфей в двух шагах от Мальского храма, как раз напротив входных дверей. Сперва было задумано похоронить его в самой церкви, под алтарем, как строителя храма, и было уже приготовлено место для могилы, но перед смертью, по желанию самого Болящего, этот проект был изменен и его похоронили вне храма…

Мир праху твоему, изборский праведник, на деле и слове умевший возвеличить дух и сохранить его высоким и чистым в полумертвом теле!


ДЛЯ КОММЕНТИРОВАНИЯ, ВЫ ДОЛЖНЫ [ВОЙТИ]