православные знакомства Светелка

Чудеса блаженной Параскевы (Паши Дивеевской)

Паша ДивеевскаяПоздней осенью 1884 года блаженная Параскева шла мимо ограды кладбищенской Преображенской церкви и, ударив палкой о столб ограды, сказала: «Вот как этот столб-то повалю, так и пойдут умирать; только поспевай могилы копать!» Слова эти вскоре сбылись – умерла блаженная Пелагея Ивановна, и за ней столько монахинь, что сорокоусты не прекращались целый год, и случалось, что отпевали двух сразу.

Однажды приезжий подошел к блаженной Параскеве с мыслью, не переселиться ли ему поближе к Дивееву. И она сказала в ответ на его мысли: «Ну, что же, приезжай к нам в Саров, будем вместе грузди собирать и чулки вязать»,- то есть класть земные поклоны и учиться Иисусовой молитве. Паша Дивеевская

Большое духовное значение имел для блаженной серп. Она им жала траву и под видом этой работы клала поклоны Христу и Богоматери. Если кто приходил к ней из почетных людей, с которым она не считала себя достойной сидеть в одной компании, блаженная, распорядившись с угощением и поклонившись гостю в ноги, уходила жать травку, то есть молиться за этого человека. Нажатую траву она никогда не оставляла в поле или во дворе монастыря, но всегда собирала и относила на конный двор. В предзнаменование неприятностей она подавала приходящим лопух, колючие шишки.

Один из крестьян окрестной деревни покупал известку. Ему предложили взять несколько лишних пудов без денег; он подумал и взял. Возвращаясь домой, он встретился с Пашей, и блаженная сказала ему:

- Аль богаче от этого будешь, что беса-то слушаешь! А ты лучше-ка живи той правдой, которой жил!..

Как-то приехал к ней иеромонах Илиодор (Сергей Труфанов) из Царицына. Он пришел с крестным ходом, было много народа. Прасковья Ивановна его приняла, посадила, потом сняла с него клобук, крест, сняла с него все ордена и отличия – все это положила в свой сундучок и заперла, а ключ повесила к поясу. Потом велела принести ящик, туда положила лук, полила и сказала: «Лук, расти высокий…» – а сама легла спать. Паша Дивеевская

Он сидел, как развенчанный. Ему надо всенощную начинать, а он встать не может. Хорошо еще, что она ключи к поясу привязала, а спала на другом боку, так что ключи отвязали, достали все и ему отдали. – Прошло несколько лет – и он снял с себя священнический сан и отказался от иноческих обетов.

Иногда Прасковья Ивановна начинала шуметь, а приходившим к ней монахиням говорила: «Вон отсюда, шельмы, здесь касса». – После закрытия монастыря в ее келье размещалась сберегательная касса.

Во время трудностей с открытием и прославлением мощей прп. Серафима Саровского блаженная Прасковья Ивановна четырнадцать или пятнадцать дней постилась, ничего не ела, так что не могла даже ходить, а ползала на четвереньках. Когда же о канонизации было решено, Великие князья приехали в Саров и в Дивеево к блаженной Прасковье Ивановне.

В это время в царской семье было четыре дочери, но мальчика-наследника не было. Ехали к преподобному молиться о даровании наследника. Прасковья Ивановна имела обычай все показывать на куклах, и тут она приготовила куклу-мальчика. Постелила ему платки мягко и высоко и уложила. «Тише-тише – он спит…» Все, что она говорила, передавали по телефону Государю, который сам приехал позже.

Евдокия Ивановна рассказывала, что мать Серафима собралась в Саров на открытие, но вдруг сломала ногу. Прасковья Ивановна ее исцелила.

Блаженной Паше было объявлено, что, как встретят Государя в игуменском корпусе, пропоют концерт, он усадит свиту завтракать, а сам придет к ней. Вернулась мать Серафима с Дуней со встречи, а Прасковья Ивановна ничего не дает убирать. На столе сковорода картошки и холодный самовар.

Пока с ней воевали, слышат в сенях: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас». И входят Николай Александрович и Александра Федоровна. Уже при них стелили ковер, убирали стол; сразу принесли горячий самовар. Все вышли, оставили их одних, но они не могли понять, что говорит блаженная, и вскоре Государь вышел и сказал:

- Старшая при ней, войдите.

И при ней состоялась беседа. Келейница рассказывала потом, что блаженная говорила Государю:

- Государь, сойди с престола сам.

Когда стали прощаться, Прасковья Ивановна открыла комод. Вынула новую скатерть, расстелила на столе, стала класть гостинцы. Холст льняной своей работы (она сама пряла нитки), початую голову сахара, крашеных яиц, еще сахара кусками. Все это она завязала в узел: очень крепко, несколькими узлами, и когда завязывала, то от усилия даже приседала, и дала ему в руки:

- Государь, неси сам.

А сама протянула руку:

- А нам дай денежку, нам надо избушку строить [Новый собор].

У Государя денег с собой не было. Тут же послали и принесли, и он дал ей кошелек золота, который сразу же был передан матери игумении.

Когда Николай Александрович уходил, то сказал, что Прасковья Ивановна – истинная раба Божия. Все и везде принимали его как царя, она одна приняла его как простого человека.

Перед смертью блаженная Паша Дивеевская всё клала земные поклоны перед портретом Государя. Сама она была уже не в силах, и ее поднимали и опускали.

- Что ты, мамашенька, так на Государя молишься?

- Глупцы. Он выше всех царей будет.

Она говорила про Государя: «Не знаю – преподобный, не знаю – мученик».

Незадолго до смерти, блаженная сняла портрет Государя и поцеловала в ножки со словами: «Миленький уже при конце».

Когда умирала Параскева Ивановна, то в Петербурге одна монахиня вышла на улицу и видела, как душа блаженной поднималась на небо. Архимандрит Серафим (Чичагов) и блаженная Паша Дивеевская    (Пелагея Ивановна Серебренникова)

Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря, СПб., 1903.

Воспоминания монахини Серафимы (С. Булгаковой)


ДЛЯ КОММЕНТИРОВАНИЯ, ВЫ ДОЛЖНЫ [ВОЙТИ]